ВРЕМЯ ДЛЯ РАЗВИТИЯ - Алексей Сергеевич Удовиченко

— плановое, то есть осуществляемое в интересах достижения общей цели с помощью системы заданий участникам производства.

Кооперация — форма труда, при которой много лиц планомерно работает рядом и/или во взаимодействии друг с другом в одном и том же процессе производства или в разных, но связанных между собой процессах производства.

Работник позаказного производства не просто знает цель производства, в современных условиях он готовится к ней, формируя под неё свою траекторию образования. Он может понимать, что экономит время своему потребителю, и что именно это стало причиной исполнения им и другими участниками кооперации заказа[19]. Образование сейчас продолжается всю жизнь, для чего работник в передовой отрасли должен обладать свободным временем — временем для развития. То есть, в позаказном передовом производстве затрачивается как рабочее время, так и свободное, что невозможно без осознания цели производства.

Время рабочее — время полезной работы.

Время свободное — время для свободного развития.

Это даёт основание результат этого момента труда назвать уже не прибавочной стоимостью (прибылью), а трудовой потребительной стоимостью[20]. Этот момент продолжает оставаться абстрактным всеобщим моментом труда, так как измеряется той же самой всеобщей абстрактной единицей — временем.

Трудовая потребительная стоимость — создаваемая трудом социальная экономия, т. е. экономия труда (времени) у потребителя за вычетом затрат труда у производителя. Как показатель эффективности при отборе проектов подходит для случаев замены машинного труда другим машинным или автоматизацией. Является абстрактным всеобщим моментом позаказного труда, так как измеряется абстрактной всеобщей единицей — временем.

То есть в обоих видах труда (товарном и позаказном) есть общий момент — конкретный труд, но в позаказном производстве он все время усложняется — растут требования к специализации (мы же выше сконцентрировались на передовых отраслях). Это означает, что для современного позаказного производства требуется все более квалифицированные и все дольше подготовляемые трудовые ресурсы. В XIX веке требования к квалификации рабочих были настолько низкими, что позволяли часть из них держать в так называемой «резервной армии труда»[21], то есть в безработных. И нанимать в случае роста спроса на производимую продукцию. Сейчас же для высокотехнологичных профессий характерен постоянный дефицит специалистов, которых нужно готовить долгие годы, а потом всю жизнь повышать им квалификацию. И если в товарной (рыночной) экономике абстрактный всеобщий момент труда создаёт прибавочную стоимость (прибыль), то в экономике массового производства на заказ абстрактный всеобщий момент труда производит трудовую потребительную стоимость — совокупную экономию труда (времени) в обществе за счёт повышения производительности как результат превращения части рабочего времени в свободное (время для развития). То есть повышает эффективность экономики в целом, по критерию распределения трудовых ресурсов.

Труд товарный — труд, распределяемый через рынок рабочей силы.

Труд позаказный — планомерно воспроизводимый и распределяемый труд.

При этом все стадии подготовки трудовых ресурсов становятся этапами исполнения уникальных заказов. Значит, воспроизводство экономики уже нельзя отделить от воспроизводства труда за счёт периодического привлечения «резервной армии труда» (по Ленину) — то есть безработных или иностранцев. Возникает задача планирования воспроизводства не только материальных благ, но и трудовых ресурсов. То есть воспроизводства времени (поскольку труд измеряется и ограничивается временем).

4. Несоответствие стоимостных оценок эффективности капитальных вложений оптимизации экономики как целого

Значит, нам нужен не просто общеэкономический план развития производства, но и единый план его (производства) взаимодействия с образованием, здравоохранением и социальной сферой — элементами системы воспроизводства труда. В первом случае (когда мы можем планировать по большей части производство, а труд брать с рынка рабочей силы) нам нужно как-то распределять плановый процесс между предприятиями (корпорациями) и централизованными органами, которые занимаются либо регулированием (в рыночной экономике), либо директивным планированием (при социализме). Во втором случае непосредственным участником планирования становится ещё и система воспроизводства труда. То есть задача становится более комплексной, но принципиально не меняется. Значит, мы можем использовать имеющиеся в литературе и практическом опыте знания по данному предмету. И мы нашли по этому поводу нечто важное в советской экономической литературе. Здесь придётся немного сказать о применении математических методов в экономике.

Ещё в 1960‑х годах в советской экономической литературе ставилась проблема соотношения централизации и децентрализации в народном хозяйстве. Среди экономико-математических работ, посвящённых этой проблеме, были работы, вскрывшие существенные моменты этой проблемы и применения математики в экономике вообще. Примером такой работы может служить статья А. Г. Аганбегяна и К. А. Багриновского[22].

Авторы взяли линейную модель народного хозяйства, в которой, несмотря на её простоту, предприятие моделируется вполне реалистично: оно включает не один, а несколько технологических способов и имеет свои локальные ограничения. Предположение о том, что цены на ресурсы принимаются установленными по двойственным оценкам (оптимизация и по ценам, и по распределению с учётом дефицитности/избыточности ресурсов), согласуется в этой модели с тем, что предприятия, выбирая оптимальный для народного хозяйства план, имеют ненулевую прибыль.

Для рассмотренной А. Г. Аганбегяном и К. А. Багриновским модели справедливо следующее утверждение: существует по крайней мере один объект, для которого оптимальный план локальной задачи не будет единственным, и среди оптимальных планов этого объекта существует такой, который не может войти в оптимальный план народного хозяйства. Отсюда для политической экономии вытекает такой вывод: уж если в простейшей (линейной) модели и даже в случае, когда цены установлены на уровне оценок оптимального плана, не удаётся обойтись одними лишь «экономическими рычагами» (предприятия, максимизируя прибыль, могут выбрать оптимальный с их точки зрения план, не являющийся оптимальным с общеэкономической точки зрения), то тем более нельзя обойтись без использования прямых директивных методов в практике управления реальной экономической системой современного монополистического производства. Говоря короче — сумма локальных максимумов в экономике не даёт всеобщего максимума. Полную формулировку теоремы, для интересующихся, мы приводим в Дополнении «Словарь», в статье «Локальных максимумов проблема».

Локальных максимумов проблема — предприятия, максимизируя прибыль, могут выбрать оптимальный с их точки зрения план, не являющийся оптимальным с общеэкономической точки зрения. Сумма локальных максимумов в экономике не даёт всеобщего максимума.

Подход, основанный на стоимостных критериях эффективности инвестиционных проектов (максимизация прибавочной стоимости, то есть частной прибыли), направляет предпринимательскую активность именно на достижение локальных максимумов. Учёт затрат труда (времени) только у производителя, а не в целом для общества (стоимостная оценка) ведёт к перерасходу труда в обществе в целом при дефиците в инновационных отраслях. И в условиях монополистического развития от этого несут потери как общество, так и фактические бенефициары современных монополий.

Стоимость — общественно необходимый труд производителя. Как показатель эффективности при отборе проектов подходит для случаев замены ручного труда машинным. Является абстрактным всеобщим моментом товарного труда, так как измеряется